Новости Благочиния

 И этот бой выигрывает боксер!  

Сколько раз Вовка слышал эти слова! Да с самого «мелкого» детства. «Помню себя совсем еще маленьким и ужасным драчуном! Кулаками размахивал вовсю… А потом мне надают по носу в детском саду — я к папе: «Папа, меня побили… Пойди, и их тоже побей!» Папа меня поставит напротив: «Сынок! Ты мужчина, а мужчина сам должен за себя драться!» С этим и в школу пошел. Там, в школе, уже учителя запричитали: отдайте куда-нибудь своего мальчика, пусть энергию тратит в секции бокса, что ли?! Я и пошел в бокс. А кто бы сомневался? Как привели родители, так до сих пор и не расстаюсь с перчатками! Бокс — это судьба, в которой ой как много всего было…»

Родился Володя Никитченко (Боксер) в жарком Туапсе. Красоты южного города, близость моря, свобода, отдыхающие граждане с разных концов огромной страны: конечно, почти любой мальчишка, выросший в этих краях, с детства впитывает определенные ценности. К примеру, кажется ему, что где-то деньги текут рекой, раз народ так славно тут отдыхает… Может, и Вовка так думал, но суровое воспитание отца-судоремонтника и мягкое, по науке, мамы-педагога дало свои плоды. Несмотря на мгновенное «распускание» рук по всяким «важным» поводам, учился Володя ровно, без каких-либо срывов. Почему-то нравилось ему учиться… А потом, когда уже школу окончил, в 16 лет вдруг взял да и поступил в три вуза! Одновременно. Выбрал Москву, МГТУ путей сообщения. Дорога, что ли, нравилась? В 14 лет став кандидатом в мастера спорта по боксу, не оставлял любимое увлечение и в столице. Только использовал «кулачные» знания как-то… Ну не так надо было. «Мы перво-наперво с пацанами, такими же как я, установили порядок в общежитии. Все, кто пытался создавать группировки, делиться по диаспорам, приуныли: мы там сильно не церемонились. Сначала - в зубы, потом объясняли, за что, собственно. В это время наша «общага» была самой дисциплинированной… Меня поначалу старостой группы назначили. Через две недели сняли: отлупил парочку товарищей-москвичей: а что они? Все «на понтах», в ушах серьги. А тут я с Кавказа «зарулил»! Мне уже кто только не говорил: Вовка, ты точно своей смертью не помрешь, так когда-нибудь получишь! Да кого я слушал со своими кулаками? Хотите, можете потрогать! Что-то меньше стали, что ли?» Поразмышляв о величине кулака, продолжает: «Но и там я учился хорошо, представляете? Почему?! Ведь должен был соответствовать имиджу хулиганья последнего? И еще спорт! Он был всего главнее все равно! В 19 лет — мастер спорта, соревнования, да не абы с кем: кубинцы, болгары, венгры… Неоднократно выигрывал бои турниров категории «А». Боксеры поймут, что это такое. Для остальных — очень серьезно»… Конец девяностых — серьезное время: каждый сам за себя, каждый пытался не жить, а просто — выжить… Особенно досталось «молодняку»: парням, не знающим, куда бы силы приложить, и нежелающим становиться за прилавки бесчисленных «стадионных» базаров. Кое-кто «подсуетился», стал собирать группировки бойцов: качалки, вылазки по всяким-разным не очень хорошим делам… Ротация, смена «ушедших в мир иной» парней в группах никого не пугала: один ушел, другой занял его место. Наш Боксер «зарулил» еще и туда…  

«Верите, до 23 лет не знал вкуса алкоголя, не курил - в общем, правильный был. Только драться умел… А тут друг у меня появился, сын очень «серьезных» по всем категориям родителей. Романом звали. Вот тогда я понял, что такое наркотики: видел, как Рома пропадает, пытался помочь… На третьем курсе университета он умер от передозировки. Я представить себе не мог, что вот так, ни за что, «безыдейно» можно уйти на тот свет. На родителей его страшно было смотреть…» В 2002 году окончил Владимир университет. Очень хорошо: предлагали весьма серьезную должность. Не захотел, решил жизнь с чистого листа начать, что ли?.. Да и влюбился: девушка в Нижнем Новгороде ждала. А вот дальше… У девушки — сестра, у сестры — муж. А муж занимался весьма сомнительными делами. И вот наш парень с крепкими кулаками и нежной душой отличника попадает в компанию, где «все торчали». И Вовка потерял бдительность! Все вопросы решал силой, махал руками, как мельница-ветряк лопастями, и однажды «влетел по полной»: кому-то заехал в челюсть так, что зубы «обидчика» застряли в суставах пальцев… «Рука начала сразу же распухать: наверное, обидчик зубы не чистил… Ребята зубы-то вытащили плоскогубцами, а что дальше делать, кто его знает. Раньше все как на собаке заживало. И вот здесь-то и был первый мне звонок: твои руки много зла принесли! Теперь и тебе от них зло придет. Обратная связь, это как закон! А ведь перспективы с боксом еще не были закрыты: выступал много, ни на что несмотря. Но… Всему приходит конец: рука болела так, что однажды кто-то из новых друзей принес таблетку: съешь, полегчает. Съел. Полегчало так, что еще захотелось такую же. «Очень тонкие ощущения…» Таблетку дал друг Ваня. На другой день захотелось повторить, но у Вани уже не оказалось такой чудо-таблетки. Нашлось более серьезное лекарство — героин. Вот его и привез друг, поправлять здоровье. Я сам себя убедил, что именно это и нужно: рука-то болит. Хотя, не поверите, раньше наркоманов за людей не считал, и мои кулаки неоднократно «гладили» людей такого сорта. В общем, Ваня привез. Я четыре раза «употребил»… А на другой день укололся. И все: понеслось! Очнулся через месяц. Меня и убеждать не надо было, сам «допер», что стал как раз тем, кого ненавидел. Через руки, доставлявшие боль другим, получил себе. Боль такую, что когда меня увидела мама… В общем, не хочу об этом. Когда понял, что плотно на игле сижу, сразу сгоряча решил об этом не думать: само образуется, рассосется… Да куда там! Я уже и с законом плотно общался, и люди меня боялись. Сам себя превратил в пугало, и сам же пугался: как дальше-то? Это неправда, что наркоман захочет и бросит, захочет — и умрет. Брехня! Дорога только в один конец, под землю...

продолжение 

Ольга уже не помнит, сколько раз ей пришлось за последние несколько лет хоронить молодых парней. Они были друзьями ее сына Валерки или просто соседями по поселку. Сына, которого она так любила. И все они умерли от передозировки наркотиками. Ее сын жив. Пока жив. Но все чаще она ловит себя на мысли, что было бы лучше для всех, если бы и он тоже умер. «Господи, я уже спокойно размышляю о смерти, и даже желаю ее родному человеку! Уж лучше так: один раз переплакать, чем столько лет страдать…» 

Валера рос веселым общительным парнем. В 17 лет первый раз попробовал наркотик, так, ради прикола, как он сам говорил, и понеслось. И вот уже 10 лет изо дня в день парень страдает сам и мучает всю семью. Мать перенесла два микроинсульта и два микроинфаркта. Отец, не выдержав ежедневных пыток, что устраивал сын, ушел из дома. Двое младших сыновей вынуждены ежедневно наблюдать эти страшные сцены. Что будет с ними, Ольга и подумать боится. 

Сын выносит вещи не только из собственного дома, чтобы купить очередную дозу, но и у соседей повадился красть. Много раз забирали в милицию, лечился в клиниках – все бесполезно. Чтобы не воровал и не занимал, мать сама давала ему деньги на «дурь». Но это не спасало. Перепробовав все, она начала посещать консультации, проводимые референтами Православного братства Святого Духа при Спасском соборе...                                                 продолжение

Гладиатор

С этим человеком я планировала встретиться еще в ноябре прошлого года: уж очень интересен. Он, как птица Феникс, неоднократно сгорал в жерле вулкана по имени Жизнь. И столько же раз восставал из пепла, вновь и вновь выходил на бой...

И вот мы сидим у меня в кабинете: человек-легенда, которым по праву может гордиться и наш Южный регион, и вся огромная страна Россия, и Грузия. Впрочем, попробуем по порядку. Бачо рассказывает о своем детстве, о жизни вообще. Страстно, даже исступленно доказывая мне (а может, все еще себе?), что жизнь - это точно не поле... А если и поле, то усеянное мертвыми камнями и кое-где костями. Живых островков на ней для Арчила «Бачо» Абуашвили оказалось совсем мало. Он как раз из тех, за кем видишь сонмы предков, кто когда-то уже был таким, уже сгорал и восставал. Был предан и продан и находил в себе силы к свободе.

405 год. Колизей

Рим. Последний бой в амфитеатре Флавиев. Жара. Император Гонорий, уставший от скуки и жары, лениво сцепил пухлые пальцы и пристроил их в складках пурпурных одеяний... Сегодня - последний бой. Больше амфитеатр Колоссеум не увидит захватывающих боев гладиаторов. Больше не будет публика, честные граждане Рима, возбужденно гудеть: убей, убей, убей!.. Жаль! Было интересно и захватывало дух... Сегодня их шестеро. Трое останутся в живых: так решил Гонорий. А то, кто там знает, кто прав? Боги на горе Олимп, Марс, во имя которого сражались легионы гладиаторов, или Тот, что высоко в небе и один?..

...Осталась одна пара. Кто они, распорядитель? «Один финикиец, черный, как ночь, другой... Ну не знаю, он куплен совсем недавно, и это его третий бой... Говорят, сакартвел. Недавно попал в плен и был продан на невольничьем рынке. За те несколько боев показал, что в его сердце достаточно храбрости...». «Убей его! Нам тут героев хватает...», - лениво перебил распорядителя император. «Да, господин...», - молча поклонился последний. «А, впрочем, если победит, дай ему свободу: так о нем быстрее забудут! Как его зовут?» - «Арчил, мой император...» 

Бачо

«Я родился в Тбилиси, в самом центре, 45 лет назад. Был очень послушным, добрым и хорошим мальчиком. Учился в специальной английской школе, ходил в костюмчике с бабочкой...   продолжение

Чудо Спасения

Вышла в свет книга Елены Анохиной «Чудо спасения», подготовленная к изданию Ставропольским православным братством Святого Духа...        
 

- наш баннер -